Человек, создающий чудеса, о реальной жизни и чудесах. Беседа с иллюзионистом

Мы побеседовали с президентом Ассоциации армянских фокусников, членом Международного общества магов, членом Ассоциации иллюзионистов России, обладателем титулов «Король магии», «Мистер магия» и множества международных званий, лауреатом международных конкурсов Вардананом Амиряном, который представляет армянское искусство фокуса в разных странах мира. 

— Что вам больше всего нравится в вашей работе?

— Моя профессия — одна из немногих в мире, которая дарит только улыбку, радость, хорошее настроение и приятные воспоминания. Осознавая это, получаешь удовольствие от работы, потому что она связана с чудесами. Ты показываешь чудо, зная его секреты.

— Существуют ли правила, которые фокусник никогда не нарушает?

— Правил много. Одно из главных — никогда не раскрывать секрет фокуса. Второе — не быть равнодушным к профессии. К ней нужно относиться серьезно, потому что иллюзионное искусство — это серьезная профессия. Есть также правило: один и тот же фокус нельзя показывать дважды. Речь о микромагии, о фокусах, которые демонстрируются с очень близкого расстояния. Сценические же номера можно повторять: если ты готовишь программу, она может оставаться в репертуаре несколько лет. Нужно быть честным перед своей профессией. И одно из важнейших правил — никогда не использовать ее во зло.

— Что скажете об использовании магии или иллюзии в злых целях?

— Иллюзия — это форма искусства, как музыка, скульптура, живопись. Магия — это природа. Она дается человеку свыше или не дается. Не каждый может заниматься магией. Что касается иллюзии, да, есть люди, которые знают секреты фокусов и используют их во зло. Есть также одаренные маги, которые являются добрыми волшебниками. Почему говорят о белой и черной магии? Белое и черное не означает, что одно хорошо, а другое плохо. Магия едина. Все зависит от того, как ты ее используешь. Для добрых целей используют белую магию, для зла — черную.

— Существует ли классический фокус, который производит самое сильное впечатление?

— Конечно. Один из самых ярких номеров в моей программе — тот, который я показываю вместе с моей женой Аревик Арутюнян. У нас есть блок манипуляции продолжительностью около десяти минут. Именно с него мы начинаем выступление. Это одна из самых сложных ветвей иллюзионного искусства, которую мы представляем, и это очень красивый номер. Я очень люблю эти фокусы, после которых мы переходим к другим. В целом в моей программе, пожалуй, больше всего манипуляции.

— Какие фокусы больше всего любят дети?

— Дети любят всё. Но больше всего им нравится, когда их вовлекают в процесс. Когда у них из-за уха, из одежды что-то появляется. У меня есть фокус с монетами: я достаю монеты из носа, из-за ушей, из одежды и наполняю ими ведро. Это их очень радует. Еще они радуются, когда у меня изо рта один за другим выходят маленькие шарики, и я тоже наполняю ими ведро. Им нравится, когда я подхожу и из их карманов что-то достаю. Все фокусы, которые делаешь для детей, очень красивые и забавные.

— Случалось ли, что фокус не получался на сцене?

— Конечно, случается. В случае неудачи конкретного фокуса у фокусника есть несколько запасных вариантов. Если данный фокус не получается, он сразу же меняет его, продолжает другим способом. Зритель не понимает и не видит, что у фокусника что-то пошло не так. Это может заметить только сам фокусник.

— Расскажете какую-нибудь интересную историю, связанную с вашими профессиональными способностями?

— В моей жизни было много забавных историй. Я работал в «Армконцерте», мы ездили на гастроли в Польшу. Есть такие наперстки, с помощью которых на улице занимаются обманом. Несколько танцоров из нашей группы, не зная об этом, пошли и проиграли деньги. Рано утром пришли ко мне: «Пойдем, нам показалось, что выиграем, но все деньги проиграли». Я пошел с ними на то место. Парень все еще был там и занимался тем же. Я встал, понаблюдал, понял, по какой технике он работает, и поставил ва-банк все свои деньги. Он тоже поставил все. Он не знал, кто я, и не ожидал, что проиграет. И под тем наперстком, под которым не должно было быть шарика (он своей рукой открыл тот наперсток, под которым обычно ничего нет, и думал, что выиграет), шарик оказался. То есть я уже положил его туда. Он был в шоке. Я забрал в три раза больше денег, чем проиграли те ребята.

Другая история. Иногда я шутил: разбивал яйцо и доставал оттуда золотое кольцо. Не помню точно, в селах Иджевана или Дилижана это было. На рынке подошли к женщине, продававшей яйца. Разбил яйцо — достал кольцо. Разбил еще одно — опять кольцо. Удивленно сказал: «Что, из яиц золотые кольца выпадают?» Увидев это, женщина заявила: «Больше не продаю». Потом мы отошли, встали за углом и стали наблюдать. Видим: сидит, разбивает яйца. Мне стало жаль ее, я подошел, представился, попросил: «Не разбивай». Она уже 4–5 штук разбила. Я заплатил ей за разбитые яйца. И снова купил у нее яйца, унес.

Так как я, помимо иллюзиона, занимаюсь еще и гипнозом, бывали случаи, когда ко мне обращались из наших силовых структур. Иногда не могли понять, что произошло. Мне показывали записи с разных камер, и мы выясняли, что человек совершил преступление под психологическим воздействием гипноза.

— Какой забавный случай, связанный с гипнозом, вы помните?

— Я служил в России, и мы должны были дать концерт в госпитале. В то время я показывал фокусы в военной форме. Ансамбль пел и танцевал, а я выходил с номерами. И там сказали, что я могу показать еще и гипноз. Девушки из госпиталя — врачи, медсестры — не верили. Одна сказала: «Я в такое не верю». Я ввел ее в гипнотическое состояние. Ее подруги попросили: «Скажи, пусть разденется, чтобы потом, проснувшись, поверила». Мы раздели ее не полностью, немного приоткрыли. Потом, когда я разбудил ее, она в шоке выскочила.

Бывали случаи, когда с помощью гипноза я помогал людям выйти из психологических, стрессовых ситуаций.

— Как вы считаете, когда был самый плодотворный период вашего профессионального роста в Армении? 

— Я учился и вырос в годы советской власти. И когда говорят, что «это было так плохо», я этого не видел. Я жил очень хорошо. И лучшие годы моей жизни пришлись именно на период Советского Союза. Самый плодотворный — тоже. В те годы я учился в Ленинграде, окончил его и вернулся в Армению. Начались мои большие гастроли по всему миру и, конечно, по республикам СССР. Гастролей было много. И тот период был лучшим. После этого я 15 лет жил в Израиле. И там, конечно, тоже было очень хорошо. Меня там очень уважали и любили. Несмотря на то, что они очень уважают свою нацию, меня как профессионала тоже очень любили и уважали. А после того как я вернулся в Армению, наша страна уже полностью изменилась. И не стало того, что было, когда я работал в «Армконцерте», где всё делали за тебя. Ты занимался своим искусством, а не продажей билетов или сбором зрителей. За тебя этим занимался тот, кто тогда назывался администратором, а сейчас — продюсер. А сегодня всё это оставили на тебя. В Армении это, конечно, трудно. Потому что мы знаем, в каком состоянии находится Армения. Многие вещи уже потеряли свой смысл. В разных жанрах появились некачественные, непрофессиональные артисты, которых я вообще на сцену не пускал бы. Когда я работал в «Армконцерте», каждый год проводились прослушивания артистов, где в составе жюри сидели Вануш Ханамирян, Эмма Цатурян, Владилен Балян, Константин Орбелян, Хорен Абраамян — знающие люди. И они решали, имеешь ли ты право выходить на сцену в следующем году или нет. Там оценивалось всё. А сейчас этого не существует. Кто попало выходит на сцену. Неважно, окончил ли он институт, есть ли у него диплом, есть ли способности. Даже если природа тебя одарила, всё равно нужно учиться. И сегодня полно некачественных, непрофессиональных фокусников, клоунов. И говорить об этом больно.

— Что вас больше всего злит в событиях, происходящих сегодня в Армении?

— Ситуация... К нам не пришел достойный руководитель, который вывел бы страну из этого положения. Потому что в те годы, когда Армения обрела независимость, у нас были подъемы, но этот подъем сломали. И после того, как сломали подъем, к нам не пришел достойный руководитель, который вывел бы Армению из кризиса. До сих пор те же бессмысленные люди. Я во многих случаях думаю: если у нас такие руководители... Если мы — 10-миллионная нация, рассеянная по миру, давшая миру всё — от науки до искусства, имена в культуре, — если в этой талантливой нации у нас такие руководители, значит, мы действительно не имеем права на существование.

— Сегодня пытаются убедить народ, что с турком можно жить мирно. Что вы думаете об этом?

— Я считаю это ошибкой. Нации, совершившие преступление, должны понести ответственность, извиниться, возместить всё. Нельзя просто сделать и забыть. Как можно это забыть? Столько людей погибло во время геноцида. После этого люди покинули свои дома. Сколько молодых людей в этих войнах пожертвовали жизнью ради родины? Проливали кровь за свою страну, за свою землю, за имя нашей нации, чтобы сохранить армянскую страну. И сегодня мы доходим до того, что всё это было напрасно? Как такое может быть? До чего мы дошли — должны побрататься с теми, кто нас резал? Значит, мы не имеем права на существование, если должны брататься с теми, кто нас убивал, если мы принадлежим к такому виду.

— Когда вы смотрите людям в глаза, что вы видите?

— Сегодня все думают о хлебе насущном. Так не должно быть. Наша нация должна жить очень хорошо. Мы древняя нация с тысячелетней культурой и историей. Так не может быть.

— Что скажете о борьбе власти и церкви?

— Церковь — это основа не только нашей веры, но и нашей нации, на которой построена наша страна. Церковь не имеет отношения к политике. Церковь не имеет отношения к правительству. И правительство не имеет никакого права по отношению к церкви.

— И сегодня, когда вы видите всё это, что вы чувствуете?

— Стыд... Я испытываю огромную боль от этого стыда.

— Вы верите в чудеса?

— Конечно, верю. Человечество верило, верит и будет верить в чудо, сколько бы ни было развития, потому что чудо — небесное. Оно есть и существует. Просто нужно верить в него и ценить.

— Если бы вам дали возможность, что бы вы изменили в нашей культуре?

— Я бы устранил непрофессиональные и некачественные выступления, представления. Сегодня я своим детям не позволяю смотреть те сериалы и никчемные передачи, которые показывают по телевидению. В годы Советского Союза было воспитание, пропаганда. Всё делалось с человеческой точки зрения. А сегодня этой человеческой точки зрения не существует.

— У вас есть культурные связи с Россией?

— Уже около сорока лет я являюсь членом Ассоциации иллюзионистов России. Я член Международного общества магов. Я поддерживаю связь со всеми своими коллегами, друзьями в России. Мы всегда общаемся, делимся мыслями, фокусами.

— Что вы думаете об идее союзного государства, об армяно-российской дружбе?

— Конечно, я хочу, чтобы Республика Армения была независимой, но ни в коем случае не теряла своей дружбы с Россией и русским народом. Мы долгие годы общались и жили с русским народом. За те 70 лет, когда существовал Советский Союз, вместе с русским народом мы построили город Ереван, нашу Армению и так далее.

— Вы получаете приглашения из России?

— Нет, сейчас всё это усложнилось.

— В чем причина трудностей?

— Усложнилось из-за многого, связанного с политикой.

— Значит антироссийские настроения повлияли и на ваше искусство?

— Конечно... Я всегда говорю: Армения семьдесят лет строилась вместе с русским народом. Город Ереван, район Комитаса, где я живу, эти красивые здания, наш проспект — всё это семьдесят лет строилось вместе с этим народом. И это говорит о том, что тогда в нашем руководстве были умные люди, которые смогли найти общий язык с русским народом, вести совместную работу и вместе творить. Те, кто есть сегодня, не имеют столько ума, чтобы найти общий язык с этими людьми. Поэтому мы дошли до такого состояния, что до сих пор постоянно что-то теряем. Наши министры и президенты, которые были на протяжении этих 30–35 лет, каждый по-своему ответственен перед этой нацией, нашей страной, нашим народом. У каждого есть своя доля вины, и за это нужно отвечать.

— Что скажете о том, что часто того или иного руководителя называют клоуном или фокусником, пытаясь придать этому негативный оттенок?

— Да, многие используют слова «клоун», «фокусник» в адрес какого-либо руководителя, который нелюбим обществом. Пусть этим не бесчестят и не оскорбляют клоунов и, конечно, фокусников, потому что эти слова используют не по назначению. Фокусничество и клоунада — это древнее искусство, имеющее тысячелетнюю историю. И этот вид искусства всегда радовал людей, дарил настроение, дарил радость. Связывать названия с данным человеком, мошенником, который занимается ложью, фальшью и обманом, неуместно. Потому что быть клоуном — это философия, клоун — это психология, клоун — это знание. Клоун — один из важных людей в цирке, который владеет всеми цирковыми жанрами. Во многих случаях бывает, что клоун, если кто-то заболеет, например акробат, заменяет его. Клоунада — очень важный вид искусства, очень важная культура, очень важный человек в цирке. И сравнивать с такого рода людьми — несовместимо. Как и фокусничество. Фокусничество тоже древний вид искусства, опять же психология, философия, всё это включая. И, конечно, мудрость: оба мудры — и клоун, и фокусник. Они должны быть мудрыми, чтобы суметь представить этот вид искусства. А то, что я перечислил — мудрость, знание, психология, философия, — всего этого нет ни у бывшего правительства, ни у сегодняшнего.

— После всего этого вы верите в светлое будущее Армении?

— Да... Наша страна — Божья страна, наша страна — святая страна. Код нашей нации — святой код. В любой нации есть плохое. Я всё это оставляю в стороне, потому что нужно смотреть на общее. А в общем наша нация — очень способная, талантливая нация. И мы живем на святой земле, и наша святая земля, наша святая генетика не позволят нам исчезнуть или чтобы с нами что-то случилось. Конечно, наша страна переживет подъем, будет цвести и процветать.

— Какие у вас новые программы в ближайшее время?

— Готовим новую программу, которая представляет собой смесь старого и нового. В ней вместе со мной работает моя жена Аревик Арутюнян, у которой есть свои оригинальные номера, и она сама их исполняет. Моя дочь Ева Амирян также имеет свои постановки, которые исполняет сама. Программа называется «Волшебник и клоун». А наш клоун — всеми любимый и талантливый Зорик Амбарцумян, известный в Армении как клоун Зозо. Это очень интересная программа. В рамках нашей новой программы мы даем представления в Ереване и, конечно, во всех регионах.

НУНЕ ЗАКАРЯН

Подпишитесь на нас также в Telegram։

Загрузите приложение Iravunk и всегда будьте в курсе событий: